Cлышать друг друга
Работаем, Брат!
14 августа 2019, 14:46

Cлышать друг друга

В закладки
В закладках
Устремляя взор в будущее, отчетливо осознаешь, что борьба с терроризмом, экстремизмом заставляет все тревожнее вглядываться в лица современников, для которых открытый мир – бездна, поглощающая все живое, вызывающая непредсказуемую агрессию, отчужденность от традиционных ценностей. Это рождает тревогу, приводит к тому, что виртуальное поколение оказывается под гнетом чуждых представлений, идеологии войны с собственным народом.

Попав в беду, заложники злой силы, гуляющей по планете завоевательными войнами под знаменами джихада, пополняют террористические международные организации, представляющие угрозу миру. Что можно этому противопоставить? Свою, отличную от общепринятой точку зрения высказывает член Общественной палаты республики, заведующий кафедрой правоведения и прав человека ДГУ, генерал-майор полиции Арсланали Омаров.

— Арсланали Абдулаевич, наверное, вам понятнее природа таких явлений, как терроризм, экстремизм: вы ведь большую часть жизни прослужили в правоохранительных органах и можете судить об этом как практик, которому пришлось в числе первых столкнуться с проявлениями терроризма, экстремизма в нашей республике.

— Понимаете, для меня, юриста, отдавшего много лет службе в правоохранительных органах, стоявшего у истоков новых для нашей республики служб – налоговой полиции, наркоконтроля, это всегда была прежде всего работа. Я привык рассуждать рационально, ставя перед собой, сотрудниками задачу, которую необходимо выполнить. Если же попытаться рассмотреть эту проблему шире, с точки зрения исторических процессов, углубляясь в древнюю историю мира, обращаясь к библейским сюжетам, то, если помните историю Авеля и Каина, она служит лучшим доказательством не только первородного греха, но и раздвоения личности. Каин убил своего единоутробного брата Авеля из зависти, поскольку тот приносил свою жертву богу с чистым сердцем, а вот его жертва не была принята богом из-за неискренности. С этого началось грехопадение человечества, жажда наживы и пороки эти неистребимы. А значит, надо относиться к этому трезво, руководствуясь не только чувствами, но и холодным рассудком. Поверьте, я знаю, что говорю. Я видел, как, стремительно набирая обороты, на нашу республику надвигались пресловутая суверенизация, организованная преступность, как возникали национальные движения. Тогда мы впервые столкнулись с открытым противостоянием, экстремизмом, терроризмом, разворачивающимися в полную силу на Северном Кавказе. Да, тогда мы и представить себе не могли масштабы катастрофы, реальную угрозу международного терроризма, черной волной охватившего Дагестан. Еще хуже обстояли дела в монореспубликах, там национализм оказался питательной средой для роста экстремизма.

Работая в 90-е годы первым заместителем столичного УВД, я впервые столкнулся с терактами, антиправительственными выступлениями. Помню, как правоохранительные органы защищали Дом Правительства от разного рода движений, преследовавших свои далеко идущие цели. Помню и то, как мужественно повел себя в тот момент руководитель республики М. Магомедов, проявив героизм, не побоявшись войти в захваченное террористами здание и фактически предотвратив военный переворот. Многое отразилось на судьбах дагестанцев во время терактов в Буйнакске, Каспийске. Да разве можно такое забыть! А в 1999-м сводки МВД напоминали военные. Сколько тогда погибло милиционеров, первыми принявших на себя удар международных бандформирований, экипированных, вооруженных самым современным оружием, профессионально подготовленных убийц. Для нас этот период в жизни республики стал хорошим уроком. Пройдя через страшный молох сражений, мы научились оперативно реагировать, метко стрелять, изучали технологии современных информационных войн.

— Западные, ближневосточные идеологи, стремительно меняя вектор направленности, подходы к борьбе внутри нашей страны, республики, развивают, наряду с вооруженным противостоянием, технологии информационных войн. Как с этим бороться?

— Понимаете, этот вопрос не замыкается в узкоантитеррористических рамках. Борьба должна осуществляться по всем направлениям. Ведь мы столкнулись с различными технологиями, в том числе по зомбированию сознания, когда потенциального рекрутанта невозможно вывести из состояния прострации, и это уже не человек, а запрограммированный управляемый робот. Что в этом случае необходимо предпринимать? Только профилактика: дома, в школе, вузе. Необходимо уметь вести диалог, чтобы молодой человек не просто раскрылся, но и доверил тебе все то, что его тревожит, с чем он не может согласиться. А жизнь, как вы видите, сложная. И первое, с чем он сталкивается, – социальное неравенство, резкое расслоение общества на богатых и бедных.

Корень проблемы, на мой взгляд, кроется в семейных ценностях. Только родители могут помочь ребенку разобраться в быстроменяющемся мире, объяснить, что не противоправная деятельность против своего народа, а полученные добротные знания позволят ему стать независимым, состоятельным. Да, для этого надо потрудиться. Но в этом-то и заключается главный смысл жизни человека. Обязательным для каждого должно быть и соблюдение закона. Немаловажно, чтобы закон доходил до каждого человека, тогда правовой нигилизм не станет так явно пульсировать, рождая протестные настроения. С сожалением приходится констатировать, что сегодня общественная структура рыхлая, зачастую непоследовательная, противоречивая, далека от власти. И, наверное, стоит прислушаться к тому, что народ транслирует с помощью общественников, сталкиваясь с ворохом социальных проблем, диктатом чиновничества, беззаконием. И пока, так уж вышло, сложилась противоречивая ситуация, в которой каждая из сторон – общественники, власть – существует сама по себе, хотя именно институты гражданского общества призваны стать мостом, соединяющим власть и народ, создавая устойчивые механизмы взаимодействия.

— Вот вы сказали, что семья должна стать мощным воспитательным зарядом для молодого поколения…

— Да, но и она переживает не лучшие времена. А если посмотреть статистику, то выясняется, что из ста браков сохраняются только пятьдесят. Как в этом случае должны сохраняться семья, традиционные ценности, обрядовость, позволяющие придерживаться дагестанского этикета, оставаясь носителем родовых устоев, той системы ценностей, что закупоривала, сохраняя на века, уклад жизни древних народов до наших дней? И здесь образовалась брешь. Значит, этот институт должен поддерживаться государством, чтобы сохранить, если хотите, государственную традиционность, избегая издержек современного мира, обесценивающего брак, пропагандирующего свободу нравов, те же однополые браки.

— На чем, с вашей точки зрения, необходимо акцентировать внимание власти, что должно стать главной определяющей линией государственности?

— Борьба с терроризмом, наркоманией, коррупцией. Эти проблемы касаются не только нашей страны, республики. Это мировые проблемы, только усиливающие остроту, злободневность социальных явлений. Мы открыли свои границы, заполучив псевдодемократию, вседозволенность. У нас сегодня ученик, ничем не отличаясь от своего американского сверстника, может расстрелять одноклассников, учителей. Западная матрица оказалась хитроумной ловушкой, в которую попала целая страна. А это страшно. И этому необходимо противостоять.

И еще о чем бы хотел сказать. В республике проводится немало слушаний, круглых столов по противодействию экстремизму, терроризму. Но все эти обращения как в глухую стену. Почему? Нам необходимо говорить об этом с теми, кто оказался вовлеченным в водоворот противостояния, кто находится на распутье, кто собрал рюкзак своей семьи, чтобы пополнить ряды террористов. А пока мы всего лишь сотрясаем словами воздух.

На одном из московских форумов общественников я сказал, что кризис власти порождает кризис в обществе. А это тревожный симптом, на который необходимо реагировать, находить точки соприкосновения. В этом таится главная опасность для общества и всех институтов гражданского общества.

Автор: Айшат Тажудинова